Skip to Content

«Врач» и «враг»: разница в одну букву

Елена БУШ, обозреватель «МГ», Москва                                                 Медицинская газета. - 2018. - 21 ноября

Кто и зачем вбивает клин между докторами и пациентами? 



Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) на днях представил свежие данные о том, какие профессии россияне считают самыми престижными. Лидером «народного» рейтинга на сегодняшний день оказалась профессия врача (26%), причём её доля в списке особо уважаемых заметно выросла по сравнению с предыдущими годами измерений (12% в 2012 г. и 2009 г., 11% - в 2006 г.).  Данные результаты, показывающие явный рост симпатий россиян к профессии врача, парадоксально диссонируют с ростом моральных и материальных претензий тех же россиян к тем же врачам. Так, согласно информации Следственного комитета России, с 2012 года количество обращений граждан в суды в связи с некачественным оказанием медицинской помощи выросло в пять раз. И если пять лет назад в отношении врачей было возбуждено 311 уголовных дел, то в минувшем году - почти 1800. При этом к имеющимся в Уголовном кодексе четырём статьям, по которым в настоящее время квалифицируются так называемые врачебные ошибки и выносятся приговоры медработникам, СКР предлагает добавить ещё две «уголовные» статьи о ятрогенных преступлениях.

Применение этих новых статей, якобы, позволит минимизировать судебные ошибки при привлечении врачей к ответственности. Иными словами, судьям дадут инструмент, с помощью которого они смогут выносить более выверенные суждения о действиях врача, которыми остался недоволен пациент или его родственники. Но если это на самом деле попытка смягчить кулак Фемиды, занесённый над медицинскими работниками, то почему она предпринимается опять с помощью УК?!

С каких пор и почему слова «уголовное преступление» так легко и непринуждённо стали использоваться в отношении людей самой гуманной профессии, призванных спасать человеческие жизни и делающих это? Как защититься от несправедливо навешиваемых ярлыков и реальных сроков наказания за честно выполненную врачебную работу не только в конкретных судебных процессах, а в целом концептуально, в масштабах профессии? Декриминализация «врачебных ошибок» - почему это так важно?

Все эти вопросы обсуждались на заседании Президиума Общества врачей России, где за одним столом собрались представители разных врачебных и - что особенно интересно - пациентских объединений.  

                       За 6 лет можно пересажать всех 

Доктор медицинских наук, профессор Андрей Фёдоров (Российское общество хирургов) напомнил, что каждая операция имеет статистический процент осложнений и летальных исходов, так и во всем мире. В нашей стране в год выполняется около 9 млн. операций, и, если принять за минимум летальность 0.12%, то, согласно простым математическим расчётам, к огромному сожалению, ежегодно в результате осложнений хирургических вмешательств «должно» гибнуть 11 209 пациентов. Иными словами, при таком подходе - оценке работы врача через призму Уголовного кодекса - одних только хирургов  можно посадить в тюрьму или лишить права на профессию 12 тысяч человек каждый год.

- А нас в России всего 72 тысячи - тех, кто в руках скальпель держит! При этом в регионах хирургов не хватает, мы не можем набрать достаточно молодёжи в ординатуру. А если завтра война?- Резонно замечает профессор Фёдоров.

Российское общество хирургов предлагает, во-первых, добиваться декриминализации статей, по которым врача наказывают на совершение непредумышленных ошибок. А во-вторых, бороться за передачу этих дел на рассмотрение общероссийских общественных профессиональных обществ. Для этого требуется законодательно принятая норма о приоритете комиссионной  экспертной оценки профессионального медицинского сообщества по тем случаям «врачебных ошибок», которые рассматриваются в суде.                      

                          «Вы признаёте свою вину?»

Когда информация о врачебной ошибке преподносится в сопровождении слов «Следственный комитет России возбудил дело», общество сразу воспринимает действия врача, как преступление века. И это заведомо формирует негативное общественное мнение о медиках вне зависимости от того, чем закончится расследование, и будет ли вина врача доказана.

Одни из участников дискуссии - адвокат, доктор медицинских наук, профессор Николай Григорьев, - считает, что сама нынешняя российская система возбуждения и ведения уголовных дел в отношении врачей в принципе неправильная:

- Кем-то было решено, что расследованием медицинских дел должен заниматься именно Следственный комитет России. При этом граждане, которые оказались жертвами грабителей или хулиганов, получают отказы в возбуждении дел, даже имея запись камер видеонаблюдения и телесные повреждения. Почему? Потому что СКР загружен непрофильной работой. Реальные проблемы уличной преступности не решаются, зато поднимается огромная волна уголовных дел врачей, из которых после разбирательства до суда доходят единицы. В итоге силы и время СКР, так же, как и деньги бюджета, потрачены впустую.

Опытный врач-юрист, профессор Григорьев обращает внимание на несовершенство уголовного процесса в России, где краеугольный камень - это виновность подсудимого. Допрашивают врача и сразу ставят вопрос: вы признаёте свою вину? Никаких признаков объективизации процесса нет.

- Надо вернуть всё к цивилизованной форме, как это делается в мире: отдать профессиональным врачебным сообществам возможность предварительного экспертного рассмотрения и объективизации тех материалов, которые стали основой судебного иска пациента или его родственников к врачу. А уже потом выносить решение: нужен суд или не нужен. Не надо сразу возбуждать уголовные дела, - убеждён Н.Григорьев.  

                     Мы не партия, но должны объединиться 

Доктор медицинских наук, профессор Эрик Праздников (Общество врачей России) убеждён: большинство так называемых «врачебных ошибок» - тех или иных неблагоприятных исходов вследствие профессиональной деятельности медработника - должны быть предметом рассмотрения Кодекса об административных правонарушениях либо предметом разбора в профессиональном сообществе. За исключением двух республик бывшего СССР больше нигде в мире нет уголовной ответственности за профессиональную деятельность врача. Всё решается в гражданском суде или на этапе досудебного урегулирования, и максимум наказания для врача - материальная компенсация причинённого пациенту морального и физического вреда. Вот почему, считает профессор Праздников, крайне важно развивать в России систему страхования профессиональной ответственности врачей.  

  - По большому счёту, вполне обоснованны ожидания людей получить материальную компенсацию в связи либо со смертью, либо с инвалидизацией родственника, особенно, если он был кормильцем в семье. Даже в странах с гораздо более высоким уровнем жизни это практикуется давно и активно. В России же данный западный опыт лёг на благодатную почву: у нас уровень жизни населения в среднем невысокий. А помогли этому опыту успешно прижиться те адвокаты, для которых идея «засудить врача на несколько миллионов» стала прибыльным бизнесом, - говорит Эрик Праздников.

При этом он подчёркивает, что страховые компании должны удовлетворять финансовые иски пациентов к врачам исключительно в случаях обоснованных претензий. Просто так денег никто никому платить не будет, поэтому можно не опасаться того, что данное нововведение породит всплеск «пациентского экстремизма».   

Что касается третейского суда, как формы досудебного урегулирования споров межу врачом и пациентом, по словам профессора Праздникова, данное предложение Российского общества хирургов заслуживает внимания и поддержки. Однако есть вопросы, требующие урегулирования. В частности, в российском законодательстве пока не прописан статус третейского суда, то есть возможность признания его решений  правоохранительными и судебными органами. Иными словами, третейский суд должен быть официально встроен в юридическую систему РФ.

И второй важный вопрос – «форма существования». Создать единый третейский суд по всем врачебным специальностям при Обществе врачей России или Национальной медицинской палате не представляется возможным. Скорее всего, такие суды придётся создавать при профессиональных врачебных объединениях хирургов, терапевтов, кардиологов, стоматологов, педиатров и т.д.

- На сегодняшний день максимум, что могут сделать врачебные объединения, - оказать помощь в проведении независимой экспертизы. Но и это крайне важно! При этом следует понимать, что цель экспертов - не выгородить коллегу любым путём в любой ситуации, а объективно проанализировать случай «врачебной ошибки», оценить действия врача в данной конфликтной ситуации и его профессиональные качества в целом. То есть помочь добросовестным коллегам защитить свою репутацию, - подчёркивает Э.Н.Праздников.

Необходима и возможна ли в решении столь масштабной задачи - создании эффективной системы юридической защиты врачей - консолидация разных  организаций: Общества врачей России, Национальной медицинской палаты, всех профессиональных ассоциаций? По словам профессора Праздникова, консолидация всех врачебных сообществ в этом процессе, безусловно, необходима.

                    Гуманная профессия с криминальной психологией 

Сам факт, что в разговоре о юридической защите врача принимали участие представители пациентских сообществ, говорит о том, что диалог не просто необходим, но и возможен.

Более того, президент «Лиги защитников пациентов», юрист Александр Саверский считает, что эффективная система защиты прав пациентов и их комфортного существования в системе здравоохранения, безусловно, требует того, чтобы и врач чувствовал себя так же комфортно и был адекватно защищён. Сейчас эти балансы существенно нарушены.

- Для того, чтобы я системно приблизился к решению задачи защиты           прав пациентов, мне нужно помочь решить проблему защиты прав врача и, соответственно, устранить те факторы, которые подавляют профессию. К   таким факторам я отношу существование уголовной ответственности, - поясняет Александр Саверский.

По его мнению, статья 28 УК РФ «Невиновное причинение вреда» даёт исчерпывающее определение тому, что называют «врачебной ошибкой»: некое лицо совершило общественно опасное деяние без понимания того, что оно его совершает, и что это деяние является общественно опасным. Иными словами, врач, действуя в отношении пациента профессионально, всегда выбирает такую стратегию помощи больному, которая, как он считает, должна привести к наилучшему исходу.

- Но это является лишь предположением врача. Профессия врача вообще основана на предположениях и допущениях. Проблема всех дел о «врачебных ошибках» - это я говорю, как юрист и судебный практик, - состоит в том, что мы всегда оцениваем ситуацию ретроспективно. Когда мы уже знаем, отчего человек умер или стал инвалидом, нам всё кажется ясным и понятным. Но врач на старте лечения больного не находится в состоянии определённости, и он, конечно, рассчитывает на благополучный исход для пациента, а не на трагичный, который, к сожалению, наступил в итоге, - подчёркивает президент «Лиги защитников пациентов».

Многовариантность событий, которая изначально сопровождает работу врача, не учитывается уголовно-процессуальным кодексом. И, кстати, врач - единственная профессия, на которую в нашей стране распространяется действие УК. А.Саверский убеждён: уголовное наказание вообще не может распространяться на профессию, в принципе ни на какую, потому что это абсурд.

- Почему это критически важно в медицине? Потому что, когда мы говорим о том, что врачи пытаются переписывать медкарты, не хотят видеться с пациентами, которым причинён вред во время лечения, и их родственниками,  или говорят «идите в суд, всё равно ничего не докажете», это не просто профессиональное хамство и грубость. Я долго думал над природой этого явления, и понял простую вещь. На самом деле это - криминальная психология. То есть врачи скрывают доказательства, они эмоционально реагируют на субъект, которому невольно навредили, не могут извиниться перед семьёй погибшего пациента - это чисто криминальная психология, связанная с действием Уголовного кодекса в отношении их профессии. Казалось бы, почему нельзя просто сказать родственникам пациента: извините, я сделал всё, что мог, но, к сожалению, больной умер. Да потому, что в 90% случаев это закончилось бы если не примирением сторон, то уголовного дела точно не было бы, но 10% родственников сочли бы такие слова признанием вины, и, записанное на диктофон извинение врача - это его приговор в суде. И я вдруг понял, что мы самим фактом существования уголовных норм лишили профессию врача её этики. Мы не даём возможности врачу сделать очень важное - извиниться перед семьёй, в которой произошла страшная трагедия, и тем самым делаем врачей циниками, да ещё и с криминальной психологией.  И обвинять-то в этом их нельзя, - продолжает Александр Саверский.

Он предлагает перенести ответственность за «невиновное причинение вреда» из УК в Кодекс об административных правонарушениях, где наказанием за нарушение стандартов оказания медицинской помощи будет штраф.        

                                                                ***

По итогам встречи создана рабочая группа, в которую вошли адвокаты, представители профессиональных врачебных ассоциаций, пациентских сообществ. Её задача - сформировать единый пакет предложений и план действий по декриминализации врачебных ошибок и созданию оптимальной системы юридической защиты российского врача.

СМ. также по  теме : 

«Иногда врачи просто не имеют права помогать»  : Ольга Ципенюк беседует с юрисконсультом по медицинскому праву Полиной Габай // Журнал "Огонёк" №42 от 06.11.2018, стр. 30

Право на ошибку : Следователи и медики высказали свое мнение о предложенных изменениях в Уголовный кодекс для врачей / Наталья Козлова Российская газета. - 2018. - 23 июля.